Введение: Конституция Божьего Царства
Нагорная проповедь Иисуса Христа по праву считается одним из самых влиятельных текстов в мировой истории. Ее мысли и образы настолько глубоко проникли в нашу культуру, что даже люди, далекие от веры, постоянно цитируют их. «Соль земли», «свет мира», «бревно в глазу», «подставить другую щеку», «не судите, да не судимы будете» — все эти выражения родом отсюда. Центральная молитва христианства «Отче наш» также является частью этого великого поучения.
Многие богословы называют Нагорную проповедь «Конституцией Царства Божьего». Она описывает не то, как нам заслужить благоволение Бога, а то, как живут граждане Его Царства. И начинается эта конституция с восьми заповедей блаженства.
В прошлый раз мы говорили о первой заповеди: «Блаженны нищие духом». Мы увидели, что это фундамент — признание своего духовного банкротства. Сегодня мы переходим ко второй заповеди, которая звучит не менее парадоксально: «Блаженны плачущие, ибо они утешатся» (Мф. 5:4).
Если вдуматься, это утверждение звучит как оксюморон. В нашем обычном понимании блаженство и плач — это антонимы. Счастье и скорбь находятся на противоположных полюсах человеческого опыта. Мир говорит: «Счастливы те, кто смеется, кто наслаждается жизнью, кто не знает забот». Иисус же утверждает нечто прямо противоположное. Как это может быть? Разве может быть блаженным человек на похоронах своего близкого? Разве может быть счастливым тот, чей дом сгорел или кто страдает от неизлечимой болезни?
Чтобы разобраться в этом, нам нужно понять, о каком именно плаче говорит Господь.
Значение слова «плакать»
В греческом тексте Евангелия используется слово penteo. Это самое сильное слово для обозначения скорби во всем греческом языке. Чаще всего оно употреблялось по отношению к оплакиванию умерших. В Септуагинте (греческом переводе Ветхого Завета) мы встречаем его, когда Авраам оплакивает Сарру или когда Давид рыдает о своем сыне Авессаломе.
Это не просто легкая грусть или слезы от мимолетной обиды. Это глубокая скорбь от осознания безвозвратной потери, от бессилия что-либо изменить. Это плач, который разрывает сердце.
И вот именно такое состояние Иисус называет блаженным. Почему? Потому что этот плач в контексте Нагорной проповеди направлен не на внешние обстоятельства, а на причину всех проблем человечества — на грех.
О чем плакал Иисус?
Чтобы лучше понять эту заповедь, нам стоит посмотреть на Самого Иисуса. Интересно, что в Евангелиях мы нигде не находим прямого упоминания о том, что Иисус смеялся. Мы знаем, что Он был на свадьбах и пирах, у Него наверняка было чувство юмора, но авторы Писания подчеркивают другое.
Исаия пророчествовал о Мессии как о «Муже скорбей, изведавшем болезни» (Ис. 53:3). И мы видим, как Иисус плакал. Самый короткий стих в Библии говорит: «Иисус прослезился» (Ин. 11:35). Это произошло у могилы Его друга Лазаря. Несмотря на то, что Иисус знал, что через несколько минут воскресит его, Он плакал. Он видел скорбь Марии и Марфы, Он видел разрушительную силу смерти, и Его сердце сокрушалось.
Иисус плакал над Иерусалимом, который отверг Его и тем самым обрек себя на гибель. Он скорбел в Гефсиманском саду, когда Его душа была «тосковала смертельно». Во всех этих случаях причина Его слез была одна — последствия грехопадения. Иисус плакал о том, что грех сделал с Его прекрасным творением.
Великая трагедия в Эдеме
Всё началось в Эдемском саду. После сотворения человека Бог посмотрел на всё, что Он создал, и сказал: «Хорошо весьма». Человек был создан по образу и подобию Божьему, он обладал тем, что мы называем «первородной праведностью». У Адама и Евы была возможность не грешить. Они жили в совершенном общении с Творцом, обладали смыслом жизни и властью над творением.
Но, как говорит Екклесиаст: «Бог сотворил человека правым, а люди пустились во многие помыслы» (Еккл. 7:29). В тот момент, когда человек решил стать независимым от Бога, когда он преступил единственную заповедь — произошла катастрофа вселенского масштаба. Праведность сменилась греховностью. Благословение сменилось проклятием.
Наказанием за грех стала смерть. Апостол Павел объясняет: «Как одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили» (Рим. 5:12). С тех пор каждый человек, рождающийся в этот мир, несет на себе печать Адама. Мы умираем не просто потому, что это «биологический процесс», а потому, что мы — часть падшего человечества.
Когда мы смотрим на смерть, на болезни, на войны и несправедливость — мы видим последствия того выбора, сделанного в Эдеме. И если мы осознаем масштаб этой трагедии, мы не можем не плакать. Иисус плакал у могилы Лазаря, потому что смерть — это не то, как всё должно было быть. Это уродливое вторжение греха в Божий мир.
Полная испорченность сердца
Библия дает очень честный и порой пугающий диагноз состоянию человеческого сердца. Кто-то может сказать: «Я не такой уж плохой человек, я стараюсь делать добро». Но Бог, Который видит сердце насквозь, говорит иное.
Еще до потопа Господь увидел, что «все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время» (Быт. 6:5). Исаия говорит, что вся наша праведность — как запачканная одежда. Иеремия утверждает: «Лукаво сердце человеческое более всего и крайне испорчено» (Иер. 17:9).
Павел в Послании к Римлянам подводит итог: «Нет праведного ни одного… никто не ищет Бога… все совратились с пути» ( Рим. 3:10–12). Это и есть состояние «полной испорченности». Это не значит, что каждый человек совершает максимально возможное зло. Это значит, что грех затронул каждую сферу нашего естества: разум, чувства и волю. Мы ослеплены и не способны сами прийти к Богу.
Осознание этой истины должно вызывать у нас глубокую скорбь. Если мы понимаем, насколько святой Бог ненавидит грех, и видим этот грех внутри себя — мы начинаем плакать. И этот плач — признак того, что наше каменное сердце начинает превращаться в плотяное, живое.
Скорбь как путь к спасению
Почему же плачущие блаженны? Потому что сокрушение о грехе — это необходимый шаг к спасению. В Библии мы видим, что истинное обращение к Богу всегда сопровождается скорбью.
Вспомните царя Давида. Его грех с Вирсавией привел к ужасным последствиям: прелюбодеяние, убийство верного воина, смерть ребенка. Давид много плакал. Но он плакал не только о последствиях, он плакал о самой сути своего поступка: «Тебе, Тебе единому согрешил я… Сердце чистое сотвори во мне, Боже» (Пс. 50). 50-й псалом — это крик сокрушенного сердца, и именно такую «жертву» Бог не презирает.
Вспомните евреев, вернувшихся из плена. Когда Ездра и левиты читали им закон Божий и объясняли его смысл, «весь народ плакал, слушая слова закона» (Неем. 8:9). Они осознали, насколько далеко они и их отцы ушли от Божьих стандартов. Их плач был началом духовного возрождения нации.
Вспомните мытаря из притчи Иисуса. Он стоял вдали, бил себя в грудь и молил о милости. Его скорбь была настолько велика, что он даже не смел поднять глаз. И Иисус сказал, что именно он ушел домой оправданным. Почему? Потому что Бог принимает скорбь грешника, а не самоуверенность «праведника».
Апостол Павел во Втором послании к Коринфянам пишет: «Печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению» (2 Кор. 7:10). Есть «мирская печаль», которая оплакивает лишь упущенные возможности или наказание. А есть «печаль ради Бога», которая скорбит о том, что мы оскорбили Любящего Творца. Именно такая печаль ведет к жизни.
Легкомыслие — враг христианина
К сожалению, мы, современные христиане, часто относимся ко греху очень легкомысленно. Мы привыкли к мысли о Божьем прощении и порой грешим «в кредит», думая: «Ничего, потом покаюсь, Бог ведь добрый». Но в такой позиции нет ни капли сокрушения.
Мы делим грехи на «страшные» и «приемлемые». Мы осуждаем тех, кто совершает явные преступления, но не плачем о своем эгоизме, гордости или нелюбви. Мы уподобляемся коринфянам, о которых Павел писал с горечью: «Вы возгордились, вместо того чтобы лучше плакать» (1 Кор. 5:2).
Грех — это не просто ошибка. Это восстание против Царя. Это то, что пригвоздило Иисуса к кресту. Если мы перестаем плакать о своем грехе, мы перестаем ценить Голгофу. Иоанн в своем послании предупреждает: «Если говорим, что не имеем греха, — обманываем самих себя» (1 Ин. 1:8). У спасенного человека должна быть постоянная реакция на грех — его должно «тошнить» от него, он должен стремиться к очищению.
Великое Утешение
Заповедь заканчивается обещанием: «ибо они утешатся». Когда же придет это утешение?
Как и всё в Божьем Царстве, это утешение имеет два аспекта: «уже сейчас» и «еще нет».
Уже сейчас: Тот, кто искренне плачет о своем грехе и приходит к Богу с покаянием, получает немедленное утешение. Это утешение прощения. Бог снимает с нас вину, Он очищает нас кровью Своего Сына. Мы получаем в дар Святого Духа, Которого Иисус называл «Утешителем». Он свидетельствует нашему духу, что мы — дети Божьи. Тяжкий груз падает с плеч, и на место скорби приходит глубокий мир.
Еще нет: Мы всё еще живем в падшем мире. Мы всё еще болеем, теряем близких и видим несправедливость. Мы продолжаем плакать от последствий греха. Но у нас есть великая надежда.
Иоанн в Откровении описывает будущее, которое ожидает граждан Неба: «И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет» (Откр. 21:4). Это будет окончательное утешение. В Новом Иерусалиме не будет не только последствий греха, но и самого греха. У нас больше не будет возможности согрешить и огорчить Бога. Это будет состояние совершенного и вечного блаженства.
Заключение
Все заповеди блаженства неразрывно связаны. Нищий духом осознает свою нищету (это работа разума). Это осознание неизбежно приводит к плачу и сокрушению (это реакция сердца). Истинный плач о грехе ведет к покаянию.
Дальше мы увидим, как это покаяние порождает кротость и вызывает у спасенного человека жажду и голод по праведности. Это логическая цепочка духовного роста.
Блаженны ли вы сегодня? Плачете ли вы о своем грехе или вы слишком заняты самооправданием? Помните, что только те, кто сеют со слезами, будут пожинать с радостью. Бог близок к сокрушенным сердцем. Придите к Нему со своими слезами, и вы обретете утешение, которое этот мир не может ни дать, ни отнять.